Правосудие Аргентины расследует контракт между Ассоциацией футбола Аргентины (АФА) и компанией TourProdEnter LLC, связанной с театральным продюсером Хавьером Фарони. Этот контракт позволяет компании получать 30% от доходов от международных коммерческих сделок без реального посредничества в соглашениях со спонсорами, такими как Adidas. По сути, компания, как предполагается, ограничивается выпиской счетов. Этот механизм, который эксперты называют возможной «треугольной схемой» перевода средств, вызвал обвинения в многомиллионном хищении средств в частные руки, что может constitute отмывание активов. Соглашение, подписанное в декабре 2021 года президентом АФА Клаудио «Чики» Тапия и исполнительным секретарем Пабло Товигино, предоставляло TourProdEnter эксклюзивные права на управление спонсорством, мероприятиями и сбором платежей за рубежом до 2026 года. Комиссия составляла 30% от доходов плюс 10% за операционную логистику. По оценкам судебных источников, с тех пор компания обработала более 300 миллионов долларов, переводя средства на счета в Майами, Уругвае и Парагвае, не доказав своего участия в переговорах по ключевым контрактам. Критики, такие как бизнесмен Гильермо Тофони, публично оспаривали обоснованность комиссии: «За это не платят, просто за то, чтобы выставлять счет». Фарони, бывший провинциальный депутат и политический союзник Серхио Массы, заявил, что действовал по указанию руководства АФА, однако его вызвали для дачи показаний по делам о хищении средств, включая 109 миллионов долларов, не перечисленных напрямую в ассоциацию. АФА защищает контракт как стандартный механизм для международного продвижения и сбора платежей, хотя спонсоры, такие как Socios.com, сообщали о нарушениях в операциях. Этот случай выявляет уязвимости в управлении бизнесом аргентинского футбола, что влияет на клубы с растущими долгами и ставит под сомнение прозрачность ключевой спортивной организации страны.
Расследование контракта АФА: 30% доходов в частные руки?
Правосудие Аргентины расследует контракт АФА с компанией Хавьера Фарони, которая получала 30% от международных доходов, не предоставляя реальных услуг. Эксперты видят в этом схему отмывания денег.